Труман Капоте. My Side of the Matter. Перевод рассказа.
Truman Capote
Моя сторонка дела.
Рассказ.
(1945)
Я знаю, что ходят слухи обо мне и вы можете взять любую из сторон, дело ваше. Здесь слово идет против слова, мои трепотня против слов Юнис и Оливии-Анн, однако любому нормальному человеку должно взяться понятно, на чьей стороне пахнет лисятиной. Я лишь хочу, чтобы граждане США знали данные, вот и все.
Факты: в воскресенье, 12 Гуся, сего года от Рождества Христова, Юнис пыталась мечом ее папаши, времен Гражданской Войны, зарезать меня, а Оливия-Анн весь атмосфера перемесила четырнадцатидюймовым тесаком для свиней. Сие еще не говоря о многих других вещах.
Началось от мала до велика шесть месяцев назад, когда я женился держи Марш. Это было первой моей ошибкой. Пишущий эти строки венчались в Мобайле, будучи знакомыми чуть четверо дней. Нам обоим было после шестнадцать и она гостила у своей кузины, Джорджии. Сейчас-то, когда у меня полно времени для раздумий, ми просто в голову не лезет, будто я на подобное чудо мог отпечатлеться. Красоты в ней нет - ни тебе тела, ни каких бы так ни было мозгов. Но Подите -натуральная блондинка, может в этом от мала до велика дело. В любом случае, три месяца минуя ей вдруг приспичило забеременеть. Другой мой промах. Она начала выть, что ей нужно домой к маме – а мамы безличный у нее нет, только две сии тетки – Юнис и Оливия-Анн. И видишь она заставляет меня оставить будет выгодную должность клерка в универмаге Кэш-Н-Кэри и перебраться в эту дорожную дыру – Адмирал Милл. Прореха, как ни взгляни.
В день, когда-нибудь Марш и я сошли с поезда на станции L&N, (дождик лил как из ведра, и сколько вы думаете, хоть кто-нибудь пришел нас повстречать? А я еще выложил кровных 42 цента сверху телеграмму! Жена моя беременна, а нам должно плестись в такой ливень целых семь миль. Сие плохо сказалось на Марш, как бы то ни было по причине сильных болей в спине, я был лишен внутренние резервы нести пожитки. Когда я впервые увидел самостоятельно дом, признаюсь, я был впечатлен. Cиноним:большенный, желтый, впереди большие колонны, а после периметру двора – красные и белые камелии.
Юнис и Оливия-Анн увидели, будто мы идем, и ждали в холле. Убей меня гром, хотел бы я показать вам сих двоих. Вы бы, ей-богу, умерли! Видишь толстая старушенция – это Юнис, и задница у нее с виду потянет на квинтал. Что дождь, что снег – бороздит в области дому в своем «кимоно» - а это самая настоящая старомодная ночнушка, халат и рядом не лежало, грязная такая фланелевая ночнуха. Больше того, жует табак, но строит с себя леди, сплевывает тайком. Всегда болтает, какое высокое у нее конкре - пытается испортить мне настроение, хотя бы меня персонально это ни лекарство не волнует, ведь я знаю возлюбленная не может прочесть комикс, и сие факт - без выговаривания вслух каждого отдельного фраза. Одного у нее не отнимешь – возлюбленная может складывать и вычитать деньги с подобный быстротой, что ей следовало бы трудиться в Вашингтоне,... |
Моя сторонка дела.
Рассказ.
(1945)
Я знаю, что ходят слухи обо мне и вы можете взять любую из сторон, дело ваше. Здесь слово идет против слова, мои трепотня против слов Юнис и Оливии-Анн, однако любому нормальному человеку должно взяться понятно, на чьей стороне пахнет лисятиной. Я лишь хочу, чтобы граждане США знали данные, вот и все.
Факты: в воскресенье, 12 Гуся, сего года от Рождества Христова, Юнис пыталась мечом ее папаши, времен Гражданской Войны, зарезать меня, а Оливия-Анн весь атмосфера перемесила четырнадцатидюймовым тесаком для свиней. Сие еще не говоря о многих других вещах.
Началось от мала до велика шесть месяцев назад, когда я женился держи Марш. Это было первой моей ошибкой. Пишущий эти строки венчались в Мобайле, будучи знакомыми чуть четверо дней. Нам обоим было после шестнадцать и она гостила у своей кузины, Джорджии. Сейчас-то, когда у меня полно времени для раздумий, ми просто в голову не лезет, будто я на подобное чудо мог отпечатлеться. Красоты в ней нет - ни тебе тела, ни каких бы так ни было мозгов. Но Подите -натуральная блондинка, может в этом от мала до велика дело. В любом случае, три месяца минуя ей вдруг приспичило забеременеть. Другой мой промах. Она начала выть, что ей нужно домой к маме – а мамы безличный у нее нет, только две сии тетки – Юнис и Оливия-Анн. И видишь она заставляет меня оставить будет выгодную должность клерка в универмаге Кэш-Н-Кэри и перебраться в эту дорожную дыру – Адмирал Милл. Прореха, как ни взгляни.
В день, когда-нибудь Марш и я сошли с поезда на станции L&N, (дождик лил как из ведра, и сколько вы думаете, хоть кто-нибудь пришел нас повстречать? А я еще выложил кровных 42 цента сверху телеграмму! Жена моя беременна, а нам должно плестись в такой ливень целых семь миль. Сие плохо сказалось на Марш, как бы то ни было по причине сильных болей в спине, я был лишен внутренние резервы нести пожитки. Когда я впервые увидел самостоятельно дом, признаюсь, я был впечатлен. Cиноним:большенный, желтый, впереди большие колонны, а после периметру двора – красные и белые камелии.
Юнис и Оливия-Анн увидели, будто мы идем, и ждали в холле. Убей меня гром, хотел бы я показать вам сих двоих. Вы бы, ей-богу, умерли! Видишь толстая старушенция – это Юнис, и задница у нее с виду потянет на квинтал. Что дождь, что снег – бороздит в области дому в своем «кимоно» - а это самая настоящая старомодная ночнушка, халат и рядом не лежало, грязная такая фланелевая ночнуха. Больше того, жует табак, но строит с себя леди, сплевывает тайком. Всегда болтает, какое высокое у нее конкре - пытается испортить мне настроение, хотя бы меня персонально это ни лекарство не волнует, ведь я знаю возлюбленная не может прочесть комикс, и сие факт - без выговаривания вслух каждого отдельного фраза. Одного у нее не отнимешь – возлюбленная может складывать и вычитать деньги с подобный быстротой, что ей следовало бы трудиться в Вашингтоне,... |